Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:12 

Ах, какой тяжелый груз - политический союз...

CrippledSeidhe
Если б я был султан, я б имел трёх жен и войсками США был бы окружен
Название: Ах, какой тяжелый груз - политический союз...
Автор: CrippledSeidhe
Бета: answeraquestion
Фандом: Bleach
Пейринг: Айзен/Унохана в анамнезе
Жанр: AU, General, Vignette
Рейтинг: PG
Дисклеймер: Персонажи не мои, мир не мой, ни на что не претендую.
Саммари: О том, как несравненная Унохана-тайчо читала мораль Айзену, бывшему ками и государственному преступнику. NH. Почти.
От автора: Есть среди прочих такое дивное дзюцу – писать на собственные заявки. Вот то, что под катом, при жизни было задумано сначала как исполнение однострочникозаявки "дарк!Унохана/Айзен, "весь мир меня не интересует"", потом – как замена в номинацию "гет" на Фандом Файтинг, и в итоге не стало ни тем, ни другим. В тексте использованы изречения Сунь Цзы (цитаты курсивом), много-много личного фанона и горсточка аллюзий на что придется. Да, и текст представляет собой серию диалогов. ~2500 слов


[Притворный] беспорядок рождается из порядка; видимость страха рождается из мужества; [мнимая] слабость рождается из силы.

- Вы всегда вдохновляли меня, Рецу.

- Боюсь даже предположить, на что именно.

- Вы создали гениальный образ, коллега. Ваша белоснежная чистота и возведенная в абсолют невинность, ваша безмерная доброта и сострадание ко всему сущему - и океан всеобщего восхищения и преклонения, в котором вы купаетесь вот уже третью тысячу лет, не возгордившись и не зачерствев сердцем... так? Среди бурных потоков, питающих этот океан, есть и мой, Рецу. Я многое почерпнул у вас и вашего умения дурачить мир. Вам ни разу не казалось, что мы похожи?

- Мне не раз казалось, что вы - самонадеянный мальчишка. Хоть и обаятельный.

- Вы разбиваете мне сердце, Рецу. А ведь я хотел стать божеством трех миров и бросить их к вашим ногам.

- Голубчик... у меня целый госпиталь на руках, полторы тысячи с лишним балбесов личного состава на попечении, а вы мне про целый мир, не говоря уж о целых трех мирах. Куда я должна была их девать, скажите на милость?

- Не заставляйте меня разочаровываться в вас. Вы – единственный по-настоящему сильный человек среди всех, кого я знал. Вы единственная могли бы понять меня. Я до последнего надеялся, что вы поймете, и... Разве я оставил недостаточно подсказок?

- Мальчик мой, я выбрала не поощрять ваши амбиции не оттого, что они были мне непонятны. Хотя, признаюсь, вы одурачили меня так же, как и всех остальных. “Война – это путь обмана”, воистину… вот только дальше этого изречения вы, кажется, не дочитали. А еще стратег.

Победоносная армия сначала осознает условия победы, а затем ищет битвы; проигравшая армия сначала сражается, а затем ищет победу.

- Вы проиграли свою битву еще до того, как получили лейтенантский шеврон; мне не понадобилось разгадывать ваши шарады, чтобы понять это.

- Хм. Прекрасная дама, разрешите напомнить вам еще одно изречение - “Не судите, да не судимы будете”...

- У Сунь Цзы такого не было.

- ...вы, со своей стороны, даже не попытались вступить в битву.

- Много вы знаете, голубчик, чего я за свои года пыталась и не пыталась. Не девочка уже, банкаем-то махать...

- Вы ломаете комедию, Рецу, и перед кем - перед жалким заключенным, который даже лица вашего не видит и потому не может оценить и половины нюансов игры - или хотя бы насладиться зрелищем. Как это низко, право же.

- Разумеется, я слышу это от человека, который не составил себе славу исключительно публичными выходками крайне дурного вкуса, да к тому же являет собою образец морали. Но будь по-вашему. Если бы вы потрудились знать хоть что-то сверх пути обмана и тридцати шести стратагем, то были бы в курсе, что “подчинить армию врага не сражаясь – вот подлинная вершина превосходства”. Да, того самого превосходства, ради которого вы заварили всю эту бестолковую кровавую кашу, и которого закономерно не достигли. И теперь сидите в камере, спеленутый, как, извините за выражение, мумия, и обвиняете меня в бездействии, а я между тем получила все, что хотела, задолго до вашего появления на свет. И при этом мне не помешали законы и правила, не воспрепятствовали ограничения самой моей природы и не понадобилось проливать ничьей крови – та, что проливается в операционных, не в счет. И чужих игрушек я не воровала, и пафосных речей не произносила. Тем не менее, я походя властвую над жизнью и смертью богов смерти - чем плохая вершина превосходства? Я, во всяком случае, ею вполне довольна. А что на вершине приходится много и упорно работать - так это жизнь так устроена. Сколько ни перекраивай все три мира вместе или по отдельности - устройства жизни не изменить. Подумайте об этом на досуге, мальчик мой. У вас теперь будет очень, очень много досуга.

Если я не хочу вступать в битву, то даже если я просто прочерчу линию по земле и стану защищать ее, враг не сможет втянуть меня в бой, ибо мы чужие его движению.

- Вы ведь умница, Рецу. Не может быть, чтобы вас устраивала вечность в царстве мертвых, вечность прозябания в затхлой тюрьме, вечность подчинения тому, что отжило свой век еще до вашего рождения и с тех пор отчаянно цепляется за власть окостеневшими руками – я бросил всему этому вызов, вы поняли это и тем не менее не поддержали меня? Если бы я до сих пор мыслил подобными категориями, я бы мог сказать, что чувствую себя брошенным. Или даже не так - если бы я до сих пор мыслил подобными категориями, я бы мог сказать, что вы обманули мои надежды на то, что я на пути к своей цели не буду одинок, коварная вы женщина. Впрочем, надежды как категории я, пожалуй, не понимал никогда - но на вас я не надеялся, я рассчитывал. Вы знаете, что браки по расчету всегда удачны, если расчет верен?

- В таком случае, наш союз не мог быть удачен. Ведь я рассчитывала на вас. И я просчиталась.

- Простите?..

- Не прощу, не дождетесь. Я давно уже не мыслю подобными категориями.

- Это демарш?

- Это сарказм, голубчик. Не имейте привычки злоупотреблять риторическими вопросами; они мало уместны в серьезном разговоре и к тому же дурно влияют на пищеварение. И техническое бессмертие вам тут не поможет - только представьте себе вечную изжогу...

- Должен сказать, Рецу, что сарказм вам удается из рук вон плохо.

- Должна сказать, Соуске, что попытки скрыть обиду и уязвленное самолюбие не удаются вам вовсе. Неудачливое божество обижено на простую женщину - какой позор. Интересно, это последовательные мутации так на вас повлияли? Впрочем, вы, сколько я вас помню, всегда были лишены чувства юмора. Но, как говорят в иных местах и временах, любим мы вас не за это. Ах, видели бы вы сейчас свое лицо, голубчик. Отчего бы мне было вас и не любить, в самом деле? Такой хорошенький мальчик с сияющими глазками, такой умненький и перспективный, так на колени падал, такие клятвы давал... так умел казаться именно тем, что я и искала. Идеальным орудием.

- То, как вы построили фразу, предполагает, что вы хотели мне польстить. Но почему-то я так не думаю.

- А вот это зря, голубчик. Впрочем, издержки юности. Сначала не думаете, а потом удивляетесь неудачам, возмущаетесь приговорам, неуважение к суду вон проявляете... стыдно. Но это пройдет. Я знаю, я тоже была и молодой, и нахальной, и возмущалась, и удивлялась, и неудач не признавала даже тогда, когда они, неудачи, уже стояли прямо передо мной и предъявляли - хорошо если обвинение, а то ведь чаще длинный счет к оплате. И я научилась платить по своим счетам - это называется “взросление”, Соуске, вы должны были встречать этот термин хотя бы в словарях - а позже научилась не делать долгов и не брать того, за что не готова заплатить, но об этом пока рано... И неудач своих я больше не отрицаю. С одной из них я как раз сейчас беседую. К обоюдному, надеюсь, удовольствию.

- Удовольствие неизменно и неиссякаемо, Рецу. Впрочем, учтите - возможно, это потому, что мне банально нравится звук вашего голоса. От симпатий и антипатий я давно отвык, но для вас, вы же знаете, всегда делал исключение.

- Неубедительный комплимент за номером… четыре, если не ошибаюсь, и это только за сегодняшний день. Я считаю, голубчик, вы не думайте. Хотя вы и так не думаете, но это поправимо.

- Рецу, вы повторяетесь. Но продолжайте, мне интересно. Почему вы назвали меня своей неудачей? Я, знаете ли, предпочитаю быть если и неудачей, то своей собственной, тем более, что технически я поражения так и не потерпел. Просто партия отложена – на двадцать лет или на двадцать тысяч, какая разница... и признайте, игра была исключительно хороша. Если вы собираетесь корить себя за то, что не выиграли в ней, умоляю, бросьте. Вам делает честь уже то, что вы вообще заметили, что игра идет. Кстати, некоторые элементы я ввел только для того, чтобы заинтриговать вас – знал, что вы, как никто, оцените.

- Элементы я оценила, будьте благонадежны. В особенности ваше мертвое тело. Больше так не делайте - сердце не железное даже у меня. А заметить было проще, чем вы думаете. Вы действовали из теней, отраженных в зеркалах, скрытых в тенях, и так далее, но даже отражения теней могут сложиться в характерный узор, который можно опознать, сравнить с встреченными ранее образцами и сделать выводы. Хорош бы из меня был врач, если бы я не в состоянии была поставить предварительный диагноз по комплексу симптомов - знакомых и неоднократно описанных в практике... повторюсь без ложной скромности: я живу на свете очень давно, и вы на моем веку - не первое и даже не десятое Величайшее Зло Из Всех, Которым Доводилось Обрушиваться На Мир.

- Вы разбиваете мне...

- ...сердце, знаю. Мальчик мой, единственный способ, позволяющий хотя бы отыскать в вас сердце, не говоря уж о том, чтобы его разбить – это вскрытие. Возможно, неоднократное. Будете меня перебивать – применю его на практике, так и знайте. Молчите? Вот и молодец. Так вот, в том, чтобы быть Величайшим Злом, Которое, и так далее, ничего дурного нет. Если мир не тормошить, он скиснет, тут вы совершенно правы, - в конце концов, ведь можете и вы для разнообразия быть совершенно правы, - в особенности наш мир, в котором смерть – не совсем смерть, жизнь – совсем не жизнь, а время – змея, не просто кусающая собственный хвост, а вцепившаяся в себя зубами с такой силой, что просто не может пошевелиться... если не пнуть. А тут вы, такой красивый, и вокруг вас творится нечто, могущее означать только одно – готовится грандиозная каверза. Я не то что любить, я вас на руках носить была готова – даже если отмести низменные личные побуждения, чего я делать не собираюсь, - просто потому, что кровопускание и поныне – лучшее средство от некоторых застойных явлений, куда бы там медицина ни шагнула... ну что вы опять мне глазки строите, голубчик? Не утруждайтесь, здесь темно...

Гнев может вновь обратиться в счастье, раздражение может вновь обратиться в радость, но уничтоженное государство невозможно оживить; мертвого нельзя вернуть к жизни.

- Рецу, я, пожалуй, даже рискну угрозой немедленного вскрытия, но не задать этот вопрос не могу – если я был вам так полезен, отчего вы мною не... ммм... воспользовались? Отчего пошли против меня? Это противоречит элементарной логике и это вам совершенно не свойственно – так почему?

- Как вам сказать-то, голубчик, чтоб не обидеть... наши индийские коллеги, например, очень почитают Шиву – разрушителя миров. Без разрушения не может быть ни возрождения, ни созидания, потому оно – благо и залог продолжения жизни, мира и бытия как такового. Вот на роль разрушителя во благо я вас и прочила. И вы ее провалили с треском – надо отдать вам должное, треск получился грандиозный, но зрители таких вещей никогда не ценят. Вы – мой провал, голубчик, и по справедливости все колотушки и весь град гнилых овощей за ваш, простите, перформанс – мои, на мою голову. Будь я помоложе, могла бы и сама сотворить что-нибудь мелодраматическое от позора. Утопиться, к примеру. Или пойти прямиком к главнокомандующему, пасть в ноги, признаться в преступном недеянии – кстати, вполне себе статья. Висела бы сейчас на Сокьоку вместо вас – вас-то туда вешать бесполезно, а кого-то же надо… Нам с вами сказочно повезло, голубчик, что война вышла короткая. Если посчитать, много ли народу вообще заметило, что была война? Хорошо, если наберется два десятка – два десятка умных, сговорчивых людей, которых легко успокоить по отдельности. Будь вместо них хотя бы двадцать сотен – этим двадцати сотням и скормили бы меня. Или вас. Потому что закон должен быть соблюден, польза несомненна, а толпа – морально удовлетворена, иначе с ней совершенно невозможно иметь дело, а работать-то надо…Но закон законом, а ответственность за вас лежит и на мне тоже. Знатно я с вами опростоволосилась. Какой из вас, к ляду, разрушитель миров, если единственное, что вы когда-либо жаждали разрушить – так это самое себя? К этому вы шли по чужим головам, этого добивались полторы сотни лет, это в конце концов было очевидно даже рыжему мальчику с мечом, который, вообще-то, вас второй раз в жизни видел. А я столько лет была рядом, в глаза вам смотрела, в постель с вами ложилась – и не разглядела, старая курица.

- Не корите себя, Рецу. Влюбленная женщина может разглядеть только то, что ей нравится видеть - и то приходится показывать по нескольку раз и медленно, поверьте моему опыту. Вообще забавное явление – эти человеческие чувства. С одной стороны, рациональному обману они не поддаются – эмоции опережают мысли на семь секунд, и если они достаточно сильны и значимы для своего обладателя… в общем, кто первый, тот и прав. А с другой – человек, охваченный жаждой мести, щенячьим восторгом, угрызениями совести... Вы сейчас хмуритесь, я чувствую, и зря это делаете – я ни на кого не намекаю, я просто привожу пример: человек, находящийся во власти сильного чувства, прекрасно обманет себя сам, нетрудно понять, почему – его чувство видит, думает и решает за него. И никто в этом, кроме него самого, не виноват. Меня, в некотором роде, ославили как монстра и совратителя душ, а между тем в большинстве случаев и делать-то ничего не пришлось. Сами пришли, сами предложили, сами все дали… я никого не заставлял.

- Как же у вас все запущено, голубчик. Сначала вы никого не заставляете, потом вы ничего не делаете, а в итоге я опять или зашиваю лейтенанта Хинамори, или собираю из ошметков капитана Хицугайю, или молчу над восемью пустыми могилами, и в любом случае без конца прописываю усиленные дозы успокоительного всем, кто по какому-то недосмотру ушел от вас живым и целым. Я нежно люблю свою работу, но это ни в коей мере не означает, что я буду потакать тем, кто меня ею обеспечивает. Вы спрашивали, почему я сочла вас негодным орудием? Вот по этому самому. Не вышло из вас ни ланцета для кровопускания, ни бактериального штамма для вакцины, одна только сплошная черепно-мозговая травма. Обещали изменить мир, вознестись до божества, перейти в иную плоскость бытия и что там еще – вывести вселенную из колеса сансары, которое есть воплощение несвободы и несовершенства? В сухом остатке от ваших обещаний мы имеем несколько трупов и много-много безнадежно испорченных нервов. Эти бедные дети – Хинамори, Хицугайя, Ичимару-дурачок, Тосен, чьим единственным пороком было катастрофическое отсутствие воображения, рыжий мальчик с мечом и его подружки… я перечислять устану. Вы, великий злодей, ниспровергатель основ и богоборец, только и делаете, что обижаете детей, да еще и совершенно без толку! Для великого злодея, гениального стратега и опытного манипулятора губить беззащитных пачками, не извлекая из этого ни малейшей практической пользы, просто неприлично. Все равно, что без штанов на улицу выйти. Соуске, голубчик, меноса вам в вашу бессмертную печенку, мне ведь не только за бессмысленно пострадавших - мне за вас обидно, только поэтому я и веду все эти разговоры. Вы способны на большее. И достойны лучшего.

- Я почти победил, Рецу. Что бы вы ни говорили о моих способностях к стратегическому планированию и умственном развитии, я все же почти победил. И эту партию я намерен доиграть. Видите, я с вами откровенен. Вы первый и последний человек в моей жизни, которому я никогда не лгал. Ну в самом деле, я ведь не вижу вашего лица, и если вы так и будете на меня загадочно молчать, я могу дойти и до предложения брачного союза. Хотите стать моей богиней? Вы сказали, что я достоин лучшего? Так вот, вы – лучшее, чего я хотел бы быть достоин. Или, может быть, вообще единственное... Вы нужны мне, Рецу. Я все еще хочу бросить к вашим ногам все миры, которые придутся вам по вкусу. Вместо цветов и украшений, так сказать.

- Голубчик, вы опять подлизываетесь ко мне, как нашаливший ребенок. И опять говорите и сами себя не слышите. Да, вы почти победили, да, я нужна вам – все очень просто, лет через триста вы наверняка додумаетесь до этого сами, но я все-таки скажу – в одиночку вы только и можете, что "почти победить". И продолжать этот разговор я намерена только после того, как вы это поймете – как и то, почему вы с таким роскошным упорством добивались именно одиночества, и почему вы, и я вместе с вами, должны Куросаки Ичиго искреннюю, по всей форме, благодарность за спасение жизни. Если бы не он, ваша грандиозная игра стала бы самым дорогостоящим в новейшей истории самоубийством. Подумайте об этом, будьте хорошим мальчиком – и, может быть, через двадцать тысяч лет вы снова увидите дневной свет, и я буду ждать вас на ступенях тюрьмы. Да нет, точно буду. Я верю, что вы небезнадежны.

- Я бы сказал, что только что услышал признание в любви. И через двадцать тысяч лет мы с вами построим дивный новый мир?

- Только если будете вести себя как следует, голубчик... и тогда – посмотрим.

Непобедимость заключена в самом себе; возможность победы зависит от врага.

@темы: bleach

URL
Комментарии
2012-01-08 в 19:52 

Пэмдар
Айзен желает быть Богом, но это так трудно, и грустно, и так одиноко. (с)
О, какая женщина! :crazylove: Чарующий фик, спасибо. :heart:

2012-01-09 в 16:47 

CrippledSeidhe
Если б я был султан, я б имел трёх жен и войсками США был бы окружен
О, какая женщина! За то и любим )))))

Тебе спасибо :squeeze:

URL
2012-01-11 в 18:54 

Cherry Ren
Позирую для Малевича и Фаберже
Очень интересный фик, который даже хочется обозвать произведением искусства за атмосферность и потрясающие лаконичные и забавные диалоги. *Расстащил на цитаты.*
:red::white::red: Спасибо, порадовали.

2012-01-12 в 00:42 

CrippledSeidhe
Если б я был султан, я б имел трёх жен и войсками США был бы окружен
Cherry Ren, рада, что понравилось :)

URL
2012-01-13 в 00:16 

Эмберли
Счастлива от ерунды
Спасибо за замечательную историю, прочитала с большим удовольствием. Очень понравилось.

   

Двухкомнатный фандом со всеми удобствами

главная